List Headline Image
Updated by Vladislav Vorobev on Jul 16, 2018
Headline for Русская жизнь- цитаты
 REPORT
3882 items   6 followers   0 votes   43.59k views

Русская жизнь- цитаты

https://list.ly/list/naQ Русская жизнь- цитаты- https://www.facebook.com/russkayazhizn/ https://medium.com/russianlife RSS feed- http://list.ly/feed/naQ. t.me/permlive Permlive Stream Media Workshop- Свобода слова и новые медиа- LIVE - PS.24.EU

Source: http://permlivestream.blogspot.com

Klyuch V Karmashke Platya

Светлана Комарова:'Мне двадцать три. Старшему из моих учеников шестнадцать. Я его боюсь Светлана Комарова уже много лет живет в Москве. Успешный бизнес-тренер, хедхантер, карьерный консультант. А в 90-х она восемь лет работала школьной учительницей в глухих дальневосточных деревнях Лагеря посреди березовых рощ. Умиротворяющие пейзажи из окон тюремных бараков. Заключенные выходили из лагерей и оставались в том же поселке, где жили их охранники. Потомки тех и других живут на одних улицах. Их внуки учатся в одной школе. Теперь я понимаю причину непримиримой вражды между некоторыми семьями местных. Двадцать пять лет назад дети учились десять лет. После восьмого из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из них почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, может быть, у меня получится с ними договориться. Всего один год. Если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс. Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Дальний угол класса, задняя парта, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Для того, чтобы рассказать о хорошем, по домам не ходят. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. Через пятьдесят лет правнуки бывших заключенных и их охранников забудут причину генетической ненависти, но будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся. Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки, ему никогда не нагнать школьную программу. Вызывать его к доске без толку — он выйдет и будет мучительно молчать, глядя на носки старых ботинок. Англичанка его ненавидит. Зачем что-то говорить? Не имеет смысла. Как только я расскажу, как у Ивана все плохо, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы этого шестнадцатилетнего угрюмого викинга со светлыми кудрями не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью: «Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь. Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна. — Светлана Юрьевна, Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос. — Вань, иди домой, попутку поймаю. — А если не поймаете? Обидит кто? — «Обидит» и Дальний Восток вещи несовместимые. Здесь все всем помогают. Убить в бытовой ссоре могут. Обидеть подобранного зимой попутчика — нет. Довезут в сохранности, даже если не по пути. Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание. «Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню». У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением Начало девяностых. Первое сентября. Я живу уже не в той стране, в которой родилась. Моей страны больше нет. — Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали? Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка: — Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память. — А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела? — Ванька! Это ты?! — Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой. — Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих. Он вошел в девяностые как горячий нож в масло — у него была отличная практика выживания и тяжелый холодный взгляд. Через пару лет он действительно купит большую квартиру, женится, заберет сестер и братьев и разорвет отношения с родителями. https://takiedela.ru/2016/12/klyuch-v-karmashke-platya/

Иван Давыдов:'В Нижнем дождь смыл

Иван Давыдов:'В Нижнем дождь смыл проложенные к Чемпионату дорожки сразу после последнего матча, сыгранного в городе. В Волгограде - тоже что-то вчера смыло. Так теперь и будет: сначала дождь смоет все, за что мы полюбили Чемпионат. Ощущение праздника, легкость, свободу, отсутствие ненависти. Затем - остальную Россию. И только президент, надежно прикрытый фсо-шным зонтом, будет стоять и загадочно улыбаться, глядя, как мимо проплывают остатки страны.

Александр Тверской:'Это видео сделано одним

Александр Тверской:'Это видео сделано одним из пассажиров Боинга 777 17 июля 2014 года. Через несколько часов самолёт будет сбит российской установкой БУК. Никто не выживет. Российская Федерация в одну секунду лишила жизни 298 ни в чем неповинных человек со всего мира: 192 гражданина Нидерландов, 44 гражданина Малайзии, 27 граждан Австралии, 12 граждан Индонезии, 10 граждан Великобритании, 4 гражданина Бельгии, 4 гражданина Германии, 3 гражданина Филиппин, 1 гражданина Канады, 1 гражданина Новой Зеландии. Среди пассажиров было 80 несовершеннолетних и трое малолетних детей, которым еще не исполнилось двух лет. Помним. Никогда не забудем и не простим. И мир должен помнить и желать наказания для виновных. Виновных, которые скоро будут названы поимённо,виновных, которые прокляты уже при жизни. К сожалению, не всеми: кто-то ещё с ними разговаривает, спорит, пожимает руки. Но, это отдельный разговор. А кремлевский монстр должен понести ответ, как и все по цепочке ниже - вплоть до нажимающего на кнопку пуска ракеты российского оккупанта. Светлая память всем погибшим в этой катастрофе. P.S. С учетом актуальности сегодняшних событий. Цепочка виновных определена, здание суда под трибунал выделено. И все поехали на ЧМ-2018 в Россию.

Владимир Милов:на триллион, который был

потрачен на этот чемпионат, можно было решить огромное количество действительно кричащих вопросов страны. Эти же самые люди, которые сейчас вам говорят 'неважно сколько потратили', буквально через несколько часов после окончания ЧМ-2018 в рамках присущей им биполярочки начнут визжать и пищать, что государство им что-то недодало, что у нас чего-то в стране не хватает и т.п. Вряд ли все эти люди согласятся, например, продать свою единственную квартиру, чтобы купить своей(му) любимой(му) зиллиард алых роз (которые завтра пойдут на помойку) - но нам предлагают сейчас одобрить примерно такого же порядка действие. Нет, извините, нет и еще тысячу раз нет - за такие $ можно спокойно было по телеку посмотреть чемпионат в Испании/Португалии, а сэкономленное отправить хоть на систему здравоохранения, хоть на дороги, хоть в Пенсионный фонд. С умными мыслями своими что 'зато был великий праздник' идите к черту - перепишем всех вас таких умников пофамильно и потом будем лично с вас эти убытки взыскивать, раз вы такие умные.

Meduza:Полицейский: Я иногда жалею, что

сейчас не 37 год. Просто, иногда жалею. Обосрали Россию, да? Во время финала чемпионата мира по футболу на поле «Лужников» выбежали четверо участников Pussy Riot: Петр Верзилов, Ольга Курачева, Ольга Пахтусова и Ника Никульшина. Они назвали свою акцию «Милиционер вступает в игру» и потребовали освобождения политзаключенных. Полиция задержала всех четверых, их доставили в ОВД «Лужники». Сразу после этого в аккаунте @nalog399 появилось видео, снятое, по всей видимости, именно в ОВД. Вот расшифровка: Полицейский: Наручники! Наручники мне сюда на обоих! Ты, тварь, кто такая? Фамилия, имя, отчество. Вы что, решили России насрать? Петр Верзилов: Нет, мы за Россию, мы за Россию. Полицейский: А вы знаете, что за это Россия будет штрафные санкции платить ФИФА? Петр Верзилов: Почему? Полицейский: По дрочану! Петр Верзилов: Мы за Россию, очевидно, так же, как вы, если вы за Россию. Полицейский: Вы Россию подставили под штрафные санкции. Петр Верзилов: Мы не подставили Россию, неправда. Полицейский: Вы ненормальные? Петр Верзилов: Нормальные. Полицейский: Где вы форму взяли? Петр Верзилов: [неразборчиво] Напрокат. Полицейский: Напрокат? Я иногда жалею, что сейчас не 37 год. Просто, иногда жалею. Обосрали Россию, да? Петр Верзилов: Да мы не обсирали Россию, у нас нет цели. Мы наоборот за Россию.

Елена Рыковцева:'Это точно финал всего.

Елена Рыковцева:'Это точно финал всего. Там двое живых. Француз и хорватка. И рядом с ними стоит вот эта странная мумия. Отекшая. С недвижимым лицом. Производящая руками некие неуверенные движения. И когда начинается ливень, охрана несется водружать над этой мумией зонтик. Чтобы все это видимо не растеклось под дождем. А над французом и хорваткой ни хрена. Их заливает по полной. Ну потому что живые, что им сделается. И немецкий комментатор с изумлением говорит: как же так - над российским президентом зонтик раскрыли, а над Францией и Хорватией нет. Ну минуты через четыре, когда те уже были насквозь мокрыми, им тоже приперли зонты. Ну и в самом конце, когда так красиво показывали французов во всех этих фейерверках, он не забыл напомнить, что этот праздник на фоне аннексии Крыма, войны на Донбассе и бомбежек в Сирии. Ну видимо в том смысле, что да, праздник, красивая игра, радость победы и пр. Но все ж таки на фоне. Часть фона в лице мумии мы лицезрели на этом финале.

TV Rain:Перед финалом ЧМ активисты

движения «Весна» провели акцию в поддержку политзаключенных в России. Они вывесили баннер «Этот Кубок мира наполнен кровью»

Марат Гельман:'Мы ведь понимаем что

Марат Гельман:'Мы ведь понимаем что Петра Офицерова убили, да? Зачем продолжать? Ради чего? Всем понятна суть этой власти и большинство с этим согласились. Просто быть подальше от них. Согласиться с тем что страна выбрала свой путь, что это не ошибка, не эксцесс исполнителя, а движение к деспотии на многие годы? Единственное что может сработать, то что деспотия неэффективна. Экономически. Как долго может существовать . Изолированная, коррумпированная, страна из которой будут годами исходить люди и деньги ? Я не знаю, может и сто лет. Но горькая правда состоит в том, что ни смерть Петра Офицерова, ни смерть Немцова, ни деятельность Навального не могут ничего изменить . Просто зря тратим жизни прекрасных, может лучших из нас.

3882

Lphp

Lphp

Алексей Навальный:'И вот каток покатился, но Петра Офицерова он в асфальт не вдавил. Оказался наш Петя алмазным. И нет его больше с нами. 43 года. Молодой, цветущий мужчина. Шестеро детей. Не так ведь много вам на протяжении жизни попадается случаев, когда перед вами проявляется вся суть постороннего человека. Ещё реже бывает так, что, увидев эту суть, вы думаете: да он как из книжки просто. Вот с Петей Офицеровым у меня так. Человек, которого система сажала, мучила, ломала ему жизнь и бизнес просто потому, что им нужна была бумажка от него. Ложные показания. А он эту систему даже не послал — нет. Он с недоумением смотрел на неё и говорил: вы серьёзно считаете, что приличный человек на такое способен? И не отступил ни на миллиметр. Это ж изощренный расчёт был: возьмем случайного предпринимателя, у которого своя рубашка ближе к телу, да ещё и пятеро детей (на тот момент). Прессанем. Если станет выпендриваться, продемонстрируем, насколько кафкианским будет предстоящий процесс, и получим то, что надо. Всегда же получаем. Его и просили, и уговаривали и, конечно, больше всего запугивали. Причем там же не надо было прямо обличать меня. Выступать вместе с прокурором и тд. Типа, просто прекрати доказывать свою невиновность и невиновность Навального. Не надо переть против нас. Скажи: не разобрался, был введен в заблуждение некими лицами. Молчи просто. Тебе охота, чтоль, за чужого человека садиться? У него политика, а тебе что с того? Посадим вас обоих. Про него газеты писать будут, а про тебя не вспомнит никто. Его семье деньги собирать будут, а твои голодными будут сидеть. Куда твоя жена работать, когда пятеро на руках? Ну и всё в таком духе. Это расследовать реальные преступления наше следствие не умеет, а красочно описать невиновному жизненные перспективы принесения себя в жертву они умеют лучше всего. Когда всё только начиналось, я понимал, что Петя хороший, но человек-то слаб. Да и обстоятельства. Пятеро детей, у меня бы и язык не повернулся обвинять его. И вот каток покатился, но Петра Офицерова он в асфальт не вдавил. Оказался наш Петя алмазным. Когда всё начиналось, так и сказал мне: всё это херово, ситуация херовая, перспективы херовые, я очень жалею, что тут оказался, но врать и давать ложные показания я не буду. Пусть меня переедут, но сам под колёса ложиться не буду. Моим детям никто не скажет, что их папа повел себя как сволочь. Так он и шёл, и 18 июля 2013 года привела его это дорога в железный «пенал» автозака. Крохотная металлическая конура, где сидишь буквально прижав колени к груди. Чувствуешь себя, как в гробу, на который сильно пожалели материалов, но можешь переговариваться с тем, кто едет в соседней клетке, чуть более просторной. Только что ему дали 4 года. Десять минут назад я видел как его жена валится с ног, услышав этот приговор. Ну что — говорю ему через стену — Петруччо, не жалеешь? - А ты? - Я нет, конечно. - Ну так а с чего ты решил, что ты один хочешь остаться честным человеком? Я вот сейчас еду в этом ящике и думаю: зато я — честный человек. Спи спокойно, Петя Офицеров, настоящий честный человек. https://navalny.com/p/5903/

3881

Lphp

Lphp

Авдотья Смирнова:милосердие выше справедливости и выше закона Станислав Кучер посмотрел новый фильм Авдотьи Смирновой «История одного назначения» и поговорил с ней о том, чем россиянам ХХI века может помочь Лев Толстой и другие их соотечественники из века ХIХ увидел кино настолько сильное, глубокое и актуальное, что напишу прямым текстом: на мой взгляд, его должен посмотреть каждый, кто хочет жить и растить детей в «просвещенной и прогрессивной» России будущего. Потому что это кино не про душевные метания молодого аристократа, который поехал узнавать жизнь на ощупь в российскую провинцию, исполнил свой долг и тем самым обрек на смерть симпатичного ему человека. И не про молодого графа Толстого, который вызвался стать адвокатом приговоренного к смертной казни военного писаря и провалился в этой роли, несмотря на блистательную речь в суде. Этот фильм — про вызовы, которые стоят перед Россией сегодня. Про главные вопросы, которые — раньше, позже — обязательно задает себе каждый вне зависимости от национальной принадлежности Авдотья Смирнова:в фильме довольно внятно выражена мысль, которая мне представляется чрезвычайно важной для нашего общества: милосердие выше справедливости и выше закона. Недаром у меня картина заканчивается заповедями блаженства, важнейшей частью как литургии, так и поминальной службы — панихиды. Я убеждена, что у нас Евангелие до сих пор не проповедано. Как сказал когда-то Константин Леонтьев, так оно и осталось: мы до сих пор живем в ветхозаветном обществе, где «око за око, зуб за зуб». Милосердие же является величайшей частью проповеди Христа. Мне важно, чтобы зритель услышал, почувствовал, что есть вещи выше закона. Толстой думал так же. Бывают моменты, когда ты должен попытаться высказаться без смягчения, без поддавков, без того, что «должен быть свет в конце тоннеля». Зритель у нас не дурак, это только некоторые продюсеры иногда считают его идиотом. Зритель — совершенно особая субстанция, которая может явить совершенно неожиданные реакции. Кто мог подумать, что люди толпами повалят на фильм «Остров»? Тогда это казалось абсолютно невозможно, но это случилось. Кто мог предугадать в минувшем году грандиозный зрительский успех «Аритмии»? Свет, не свет, но, мне кажется, путь к тому самому милосердию зритель увидит. Во-первых, кадры фильма, где хор поющих крестьян, где вот эта толпа, которая, такое ощущение, бесконечно отпевает Шабунина. Люди отпевают его, потому что чувствуют: он неправедно убиенный. Во-вторых, Дашутка, лежащая у солдата на могиле, — это та душа, которая плачет над ним. А в-третьих, есть маленький кадр внутри пролета камеры, когда мы впервые видим Льва Николаевича Толстого со спины. Это единственный кадр, где Толстой сидит и пишет, больше такого в картине нет. Искусство, тем более такое, как Толстой, рождается из трагедии и страдания. На самом деле, душевный инстинкт милосердия в нас жив. В картине есть ужасный русский фатум, но не ужасные русские люди. И душевные мучения Гриши, и переживания Толстого, и нескончаемые панихиды народа — знаки того, что все не так безнадежно. Есть ли сегодня люди, сопоставимые по масштабу личности с Львом Толстым? В России нет. Есть даже страны, у которых никогда не было своего Толстого, а у нас был. А в мире есть. Папа Франциск, для меня это очевидно. По масштабу авангардизма, радикализма проповеди. Я слежу за ним, затаив дыхание. Это величайший наш современник https://snob.ru/entry/163263

Александр Рубцов:'Иерархия культур – суть

Александр Рубцов:'Иерархия культур – суть колониальных отношений. Школьная картинка про белых людей и цветных аборигенов: обмен безделушек на местные драгоценности. Сейчас Россия отдаёт богатства своих недр за технологии и девайсы, без которых от её импортированной современности не останется и следа. Но зависимость в сырьевом экспорте-импорте взаимна, и для внутреннего пользования продуцируется своя инверсия колониализма: развитые страны поставляют нам высокотехнологичные товары за тяжелую нефть и нечистый газ, как раньше аборигены сдавали колонизаторам золото и камни за стеклянные бусы. Бремя человека в кокошнике по отношению к людям в пробковых шлемах возвышает сырьевой придаток до статуса «энергетической сверхдержавы». В режиме мысленного эксперимента представим себе: в альтернативной энергетике прорыв, рынок искусственно переориентирован, цены на углеводороды упали в пол, каналы поставки перекрыты политикой или войной... Для не знающих, что такое риски с неприемлемым ущербом: даже если весь этот ужас не прогноз на завтра, он уже суть того, что мы есть сейчас. Зависимость от поставок энергоносителей и сырья асимметрична. Без импорта чужого хайтека сырьевые придатки теряют обвес купленной современности, но и саму способность эффективно добывать и транспортировать сырьевые товары. В случае изоляции или обвала продаж они не просто лишаются модных «ништяков», но и проваливают обязательства бюджета, на две трети наполненного нефтью. Под угрозой технологического варварства зависают ВКС, без сырьевой ренты тает «мягкая сила» идеологии и пропаганды, сдувается патриотизм, отвыкший быть всерьёз голодным. Понимание истинной природы «могущества» придатка сильно бьет по национальной гордыне великороссов. У производителя хайтека запаса прочности и возможностей манёвра на порядок больше, поэтому именно он контролирует предельную ситуацию. Сырьевая держава отчасти компенсирует свою зависимость и вторичность сверхактивной дипломатией, подрывом глобального порядка и вмешательством во внутреннюю политику контрагентов. Но это контроль опосредованный: по сути, ты управляешь не собой, а тем, что управляет тобой извне. Такая позиция ненадёжна сейчас, не говоря о перспективе. Игра длится только до тех пор, пока с тобой продолжают играть, не вполне понимая происходящее и принимая навязываемые правила. Но чем виртуознее интрига, тем сильнее желание от неё избавиться, и контрагенты это могут. В том числе вполне брутально: в альтернативную энергетику инвестированы гигантские средства, а капитализм, как известно, фантастику не финансирует. Судьба страны не может зависеть от искусства дипломатии и агентуры. Даже если продержаться до конца правления, у страны в любом случае даже теоретически не остаётся перспективы, кроме угроз с непредсказуемой траекторией, как в последнем послании. Точно так же, как страна сама не придумывает и не производит ничего нового, сложного и высокотехнологичного, она и во внешнюю политику экспортирует архаику и примитивизм: рассориться со всеми и всех стравить, доведя ситуацию до исходного состояния войны всех против всех. Был вариант, близкий к Северной Корее, но, как выясняется, теперь и это не вариант. Из идеи свободы произошли суверенная личность и правовое государство, а из культа тотального проекта и порядка – тоталитаризм с техниками гиперорганизации. Затоптав линию свободы, в культе порядка мы опередили всех, кроме немцев. Редкая способность – заскакивать вперёд других в худшем, а потом выкарабкиваться из самими же созданного тупика. То же с политическим постмодернизмом, на который у нас теперь кидаются с неподдельным, но дурным энтузиазмом. Разрушение институтов и правил, уход в мнимости и мрачная ирония – вот черты синтаксиса, семантики и прагматики этого языка идеологии и политики. Стиль эффективен и работал бы ещё, если бы не обозначились тупики теперь уже и этой парадигмы. От постмодернистской хаотизации и неподлинности уже воротит не меньше, чем от модернистского порядка и буквализма. Вечное чередование мировых рекордов и исторических провалов: сообразительные люди ищут выход из постмодерна, мы же опять пропускаем разворот цивилизации, задерживаясь в прошлом своем гипертрофированном «опережении». Проекты Запада у нас реализовывались с поистине восточным фундаментализмом, восходящим к фанатизму. Прошлый опыт такого заимствования закончился распадом СССР, и тогда тоже сказались цены на нефть. Сейчас зависимость от сырьевого экспорта, рентной экономики и ресурсного социума, достигла предела в состоянии дел и умов, превзойдя все, что было когда-либо в нашей истории. Поэтому опять именно цена на нефть грозит вернуть зашкаливающий постмодерн к правильной архитектуре и порядку в отношениях, опустить мнимости на землю, избавить от политической иронии.

Алексей Широпаев:'Все – «предатели», только

Алексей Широпаев:'Все – «предатели», только мы – правильные. А на самом-то деле: отказ от славянского западничества, вся эта евразийско-ордынско-имперская херня – вот где настоящее предательство СЛАВЯНСКОЕ Как я и предполагал, футбольный поединок Россия-Хорватия вызвал тень Алексея Константиновича Толстого. Точнее, напомнил его бессмертный, радикально антиевразийский и антиордынский тезис: «Славянство – элемент чисто западный, не восточный, не азиатский». Хорватия – воплощённая верность этому тезису. Славяне, изначально мыслившие себя частью Запада, и сохранившие свою западную сущность. Так же, на протяжении всей своей истории, а особенно сегодня мыслит себя и Украина – потому-то Домагой Вида, хорошо зная, чем рискует, и направил ей своё приветствие, вызвавшее столь бурный скандал. Это осознанный жест солидарности славян коренного, западного выбора. Характерна реакция нашей ватной публики, т.е. опять же славян, но погрязших в евразийско-ордынской истории: хорваты, с их точки зрения, это «вроде украинцев», то есть такие же «предатели», «фашисты» и западники. В «предатели» и западники уже давно зачислены поляки и чехи, а с недавних пор – болгары и даже черногорцы, вступившие в НАТО. Да и сербы – тоже в ЕС смотрят. По сути, весь славянский мир в оптике путинской России – сплошь «предатели» и западники. Русские и не заметили, как остались в одиночестве – славяне, забывшие свой европейский первообраз, злобно зажавшиеся в своём азиатском медвежьем углу. Отщепенцы славянства, спесиво считающие себя его пупом, главной частью, солью, «старшими братьями» всех остальных славян. А ведь на самом-то деле – отрезанный ломоть славянства. Отрезанный когда-то кривой ордынской саблей. Русский народ вот уже несколько веков находится на обочине славянского мира и общей славянской судьбы, а точнее – вне этой судьбы. И притом мы по-жандармски корёжим жизнь братьям-славянам, стремящимся вернуться в родной Запад, в Европу: чехам в 68-м, теперь вот пятый год подряд – украинцам… Наше отступление от духа славянства началось очень давно. Сначала предателями и западниками окрестили вольных новгородцев и псковичей, сегодня же так клеймим украинцев и хорватов (кстати, любопытно, что древненовгородская денежная единица называлась куна – так же, как нынешняя хорватская национальная валюта). Все – «предатели», только мы – правильные. А на самом-то деле: отказ от славянского западничества, вся эта евразийско-ордынско-имперская херня – вот где настоящее предательство. А славянский мир – поляки, чехи, болгары, черногорцы, хорваты, украинцы – как раз-то верны своей изначальной природе, согласно которой, повторяю, славяне – «элемент чисто западный, не восточный, не азиатский». Такова нефутбольная анатомия этого футбольного конфликта. Спасибо за поступок, Домагой Вида.

Почему британский король не спас

семью Романовых-Яна Литвинова-Би-би-си, Лондон После Февральской революции в России и свержения царя Николая II британское правительство сначала было готово предоставить ему и его семье убежище, а потом отказало. Какую роль в этом отказе сыграл близкий родственник Николая, британский король Георг V, и был ли у него другой выход? С уверенностью можно сказать только одно: после того, как Николай отрекся от престола, британцы сначала согласились принять его и его семью, а потом отказались. Главную ответственность за убийство царской семьи несут, разумеется, большевики, но и британский отказ тоже сыграл свою роль. Всего за несколько лет до начала войны Георг писал своему двоюродному брату: 'Помни, что ты всегда можешь рассчитывать на мою дружбу'. Однако, когда на одной чаше весов оказалась жизнь российской царской семьи, а на другой - возможное (хотя и маловероятное) свержение британской монархии, Георг предпочел не ставить под удар свои интересы. Это отсутствие четкой позиции короля соответствовало и неразберихе, царившей в то время в британских коридорах власти. Разные политические силы придерживались резко противоположных взглядов и использовали отчаянное положение, в котором оказалась царская семья в своих собственных целях. Одни считали, что Романовых не надо спасать хотя бы для того, чтобы умаслить самые активные организованные группы рабочих. Другие - что появление царской семьи спровоцирует рост революционных настроений в самой Британии. Третьи полагали, что главное - это по-прежнему сделать так, чтобы Германия продолжала воевать на два фронта и Россия из войны не выходила. А были и такие, кто считал, что спасение царской семьи поможет возродить почтение к монархии, которое к третьему году войны было уже изрядно потрепанным. Доминирующим было мнение, которое активно высказывали два известных писателя - Томас Манн и Герберт Уэллс: свержение царской семьи может оказаться первой костяшкой домино, после падения которой посыплются и все остальные монаршие дома Европы. Манн такой сценарий очень приветствовал, Уэллса же он приводил в ужас. Есть целый ряд свидетельств, подтверждающих, что Георга V снедали те же самые тревоги. Осенью 1917 года ситуация для царской семьи становилась все более отчаянной. Остальным королевским семьям Европы пришлось все-таки открыто и четко формулировать свою позицию. И тут даже нерешительные монархи сообразили, что цареубийство может подать их собственным недовольным подданным плохой пример, и решили Романовых спасать. Однако было уже слишком поздно. К власти пришли большевики, правительство Ллойд-Джорджа подумывало о том, какую выгоду можно извлечь из нового политического расклада в России, и небольшое окно, когда царскую семью еще можно было спасти, плотно захлопнулось. Но справедливо ли утверждать, что Георг V попросту презрел узы дружбы и крови, элементарно струсив? С одной стороны, скорее всего, да. Но с другой, был и еще один фактор: российская царская семья была крайне непопулярна в Британии, причем, как среди правящий элиты, так и среди, скажем так, широких слоев населения. Предоставление убежища известному автократу с ведома и согласия конституционного монарха могло обернуться для последнего крайне неприятными последствиями. Конечно, Георг мог бы и промолчать. Однако его частный секретарь, лорд Стэмфордем, неоднократно и со все с большим убеждением писал письма правительству, донося до него сомнения короля в целесообразности давать убежище царской семье, каждый раз, не уставая подчеркивать непопулярность сверженного царя, как в самой России, так и в Британии. В апреле 1918 года лорд Стэмфордем отметил в дневнике, что король все чаще стал получать письма от людей самых разных сословий, из которых следовало, что вопрос предоставления убежища Романовым широко обсуждался не только в рабочих клубах, но и членами парламента от Лейбористской партии. При этом, указывал Стэмфордем, все они крайне отрицательно относились к такой перспективе. Честно говоря, ни Ллойд-Джордж, ни его кабинет не нуждались в дополнительных аргументах, чтобы не предоставлять убежища царской семье. Более того, довольно многие британские политики винили лично Николая II в печальном внутреннем положении России в 1917 году, и им очень не хотелось спасать государя, который так глупо провалил войну. Примерно так же думали и французы. Где-то в это же время британский посол во Франции лорд Берти писал в Лондон, что французы считают русскую императрицу немчурой не только по рождению, но и по духу. По обе стороны Ла-Манша существовало неафишируемое единство мнений, что было бы гораздо лучше, если бы Романовых приютила какая-то третья, и, желательно, не участвующая в войне страна. Вполне могли бы подойти Швеция или Дания, но вот беда, приглашения из этих стран почему-то не последовало. Николай и его семья превратились во всеобщее политическое неудобство. К тому же, объективно говоря, вызволить из-под ареста бывшего царя и его семью было бы довольно нетривиальной задачей, почти наверняка обреченной на провал. Временное правительство, которому Романовы тоже страшно мешали, не хотело злить рабочий класс и отпускать царскую семью в спокойную ссылку. Даже для пришедших к власти большевиков ситуация была не намного легче. Какое-то время они даже носились с идеей устроить показательный судебный процесс, но потом и от него пришлось отказаться. Давайте говорить по-честному: живыми и Николай II и его семья представляли неразрешимую политическую проблему буквально для всех. Приняв решение об убийстве царской семьи, большевики этот гордиев узел просто разрубили. И только когда Романовых не стало, все вдруг заговорили об этой трагедии так, как будто бы их спасение в принципе было возможным, высказывать сожаления, что этого не произошло, и искать виноватых.

5 7264 Kinghtml

Андрей Зубов:'Сто лет без царя- Монархия может послужить России в строительстве демократической государственности Сто лет назад, 17 июля 1918 года, большевиками был убит последний русский император Николай Александрович Романов С 14 июня 1918 года власть на территории, контролируемой большевиками, окончательно перестала быть советской, хотя именовалась таковой до самого конца СССР в декабре 1991 года, а стала только и исключительно коммунистической (большевицкой) властью, для которой Советы всех уровней являлись только правовой декорацией. государственная власть императора была хотя и абсолютна до 1905 года и весьма велика в 1906–1917 годах, но она всегда была властью конституционной. Власть же большевиков-коммунистов с 1917 года до самого конца была властью неконституционной, внеправовой. Это важнейшее различие России дореволюционной и России революционной, коммунистической. Свергнув и убив царя, Россия стала псевдоправовой тиранией. То, что определяла Конституция, не имело никакого отношения к действительной власти, то, что было действительной властью, никак не было обозначено и определено Конституцией. Это главное know how большевицкой тирании. История верховной власти в посткоммунистической России представляет собой быстрый процесс ее возвращения сначала к конституционному абсолютизму 1906–1917 годов, а затем и к внеправовой тирании советского времени. 18-летнее властвование Путина – это все больший выход за пределы законного поля, за пределы Конституции, а затем и корректировки самой Конституции Законодательным собранием, избираемым со все большим количеством фальсификаций. Фактически с выборов 2007–2008 годов можно говорить о завершении периода конституционного абсолютизма старого российского образца и о переходе к советскому внеправовому абсолютизму, при котором все конституционные механизмы определения верховной власти и контроля за верховной властью превращены в полную правовую фикцию. Выборы, равно парламентские и президентские, деятельность Верховного и Конституционного судов, выборы глав регионов и мэров крупных городов превратились во всецело управляемый верховной властью Путина и администрацией президента процесс, как это и было во времена СССР. В этих обстоятельствах реальная борьба за власть вновь стала внелегитимной, как это было в СССР всякий раз после смерти или отстранения очередного диктатора. Следует подчеркнуть, что привычка к абсолютной, неконтролируемой и внеконституционной власти верховного правителя глубоко укоренена в России. Именно поэтому восстановление этого принципа и после падения монархии Романовых в 1917 году, и после краха тоталитарной коммунистической деспотии в 1990–1991 годах произошло практически безболезненно, естественно. Даже альтернатива большевикам, предложенная в 1918–1922 годах Белым движением, не была альтернативой «демократия vs диктатура», это была альтернатива «правильная конституционная национальная диктатура адмирала Колчака vs неправильная, внеправовая тирания Ленина». Характерно, что большинство народа и в том противоборстве поддержало большую и вполне неправовую диктатуру большевиков. в целях установления демократически и конституционно ограниченной верховной власти следует пойти на восстановление института конституционной монархии в принятых сейчас европейских ее формах. Это должно быть не избрание монархом какого-либо сильного человека, которое ничего не добавит к современной модели противоправной тирании, кроме ее формального узаконивания, а восстановление законной династии, свергнутой в 1917 году и пресеченной убийством императора в июле 1918 года восстановление исторической династии Романовых положит конец этому внеправовому состоянию власти, особенно если оно будет соединено с такими принципами переходного права, как люстрация, реституция прав собственности, изменение парадигм исторической памяти и восстановление прав многомиллионой русской эмиграции как граждан России. современная конституционная монархия, где монарх властвует, но не правит, сохраняет персону верховного правителя как церемониального, а для верующих священного вождя, но лишает его какой-либо реальной политической власти. Реальная власть находится в руках народа, который через систему представительной демократии передает ее национальному и региональным парламентам (речь идет о Российской Федерации). Парламент формирует исполнительную власть. Реальная власть, таким образом, находится в руках народа и действительно формируемых им институтов власти, а персональная – в персоне монарха. Это позволит отделить персонализм политических ориентаций народа от демократических форм осуществления власти. Так, уничтоженная 100 лет назад большевиками историческая русская монархия может послужить России в строительстве демократической, европейской государственности. http://www.ng.ru/ideas/2018-07-12/5_7264_king.html

3876

Lphp

Lphp

BBC Russian:''Многим явно надоел бизнес'. Интервью с автором книги о богатых русских В издательстве Oxford University Press выходит книга 'Богатые русские: от олигархов к буржуазии' австрийской исследовательницы Элизабет Шимпфёсль. На протяжении восьми лет она встречалась с самыми богатыми и влиятельными людьми в России - чтобы расспросить о ценностях, стиле жизни и детстве. Русская служба Би-би-си узнала, как она работала над книгой и к каким выводам о российской элите пришла. Многим явно надоело заниматься бизнесом, у некоторых была какая-то депрессия в том смысле, что они совершенно не знали, чем им заняться. Люди, у которых нет депрессивных настроений, - это, как правило, те, кто рано нашел себе какое-то развлечение 'со смыслом'. Кто-то собирает искусство или занимается арт-проектами, кто-то занимается благотворительностью - хотя, по моим наблюдениям, искусство увлекает людей больше, чем благородные дела ради сирот. Би-би-си: Вы в предисловии к книжке задаете себе вопрос 'Что это вообще такое - обычный богатый русский?' Вы нашли ответ на этот вопрос? Э.Ш.: Нет. Но мне кажется, что есть общие черты, которые их отличают - неважно, оппозиционные у них взгляды или пропутинские. Они прекрасно осведомлены о том, к какому классу они принадлежат. Они знают, что они особенные, у них есть чувство превосходства и чувство какой-то ответственности. И они все очень болеют за Россию и за русскую культуру, но все еще очень советские люди - почти никто из них не чувствует себя человеком мира. https://www.bbc.com/russian/features-44784866

Борис Херсонский:'В нынешней РФ роль

Борис Херсонский:'В нынешней РФ роль 'большого террора' играют средства массовой информации - телевидение прежде всего. Достаточно репрессировать десять человек и внятно рассказать об этом в современных СМИ - и все уже боятся. Достаточно, чтобы при сомнительных обстоятельствах погибли несколько беглецов-'предателей'. И все боятся. Зачем массовые публичные казни? ТВ ежеминутно репродуцирует неминуемое возмездие. Я довольно часто употребляю слова 'опережающий страх'. Казалось бы, бояться еще нечего. Но сама возможность опасности, репродуцируемая через СМИ порождает ужас. И по неписанным законам психологии (почему неписанным? Стокгольмский синдром. Идентификация с агрессором) ужас порождает преданность. И лишения порождают преданность. Ту преданность, в основе которой лежит предательство.

Парфенон:Глаз Божий. Фильм первый. С

предисловием Леонида Парфенова. Фильм Леонида Парфенова и студии 'Намедни' про то, как в Москве начала ХХ века Цветаев собрал всю классику в слепках, а Щукин и Морозов - весь авангард в оригиналах. В настройках есть возможность включить английские и французские субтитры.

Андрей Зубов:'В ТОЧКУ- 'Сенатор Джон

Андрей Зубов:'В ТОЧКУ- 'Сенатор Джон Кеннеди заявил, что иметь дело с Кремлем – все равно что 'иметь дело с мафией'. 'В России нет политической философии. Это как задаваться вопросом, в чем состоит политическая философия мафии. Их философия – это деньги и власть. Такова философия Путина. Он правит железной рукой. Он диктатор', – добавил сенатор. Точнее не скажешь. Умный человек этот американский сенатор. От себя добавлю, что мафия правит Россией с октября 1917 г. уже 101-й год. Знает это, лелеет свое продолжательство от Ленина, Сталина, Дзержинского. Именно от этих русофобов, уничтоживших миллионы людей России, ограбивших всех и обогащавших только самих себя тянется она в сегодняшний день. И сейчас они не в меньшей степени русофобы, чем 100 лет назад. Всё было пошатнулось в конце 1980-х в 1990-е. Появились свободы, права человека, какой-никакой рынок. Но ныне вновь та же 'железная рука'. Только ненавидя народы России можно лишать их законной их власти, гарантированной Конституцией, фальсифицировать нагло выборы, грабить по полной и вывозить награбленное в офф-шоры, сажать в тюрьму за разоблачения преступлений их отцов и дедов против России, как поступают с Дмитриевым, от имени России убивать наших братьев украинцев, единоверных нам грузин, ни в чем не повинных против России сирийцев, травить людей Новичком и лезть в чужие выборы, как будто фальсификации своих им мало. Так поступает только мафия, и кто оправдывает ее - или сам в ней состоит, или кормится с ее руки, или болеет Стокгольмским синдромом. Какой умный человек сенатор Джон Кеннеди!

Кирилл Рогов:'Режим вышел на пенсию-

Кирилл Рогов:'Режим вышел на пенсию- Главная задача «реформы» — не допустить реальных изменений в стране, ограничившись передвижкой возрастной границы Сторонники и идеологи пенсионной реформы говорят, что проблема, с которой мы имеем дело, — это проблема демографическая. Но это не совсем так. В принципе мы имеем дело с двумя проблемами — демографической и институциональной. Со старением населения, с одной стороны, и тем явлением, которое Асемоглу и Робинсон в своей знаменитой книге называют проблемой «порочного круга», или «железным законом олигархии» (Д. Асемоглу, Дж. Робинсон «Почему одни нации богатые, а другие — бедные?»). Авторы подразумевают под этим ситуацию, когда политические и экономические институты, взаимно поддерживая друг друга, выстроены таким образом, что позволяют достаточно узким группам перераспределять в свою пользу существенную часть общественного дохода, лишая при этом ресурсов и стимулов для развития других экономических агентов и общество в целом. Возможность приватизировать значительную часть ренты — фундамент сформировавшейся олигархо-бюрократической коалиции. Пока рентные доходы растут быстрее, чем расходные обязательства, все довольны, а когда тренд меняется и когда расходы начинают расти при неизменных или меньших доходах, главная задача коалиции — сохранить за собой долю ренты, достаточную для поддержания устойчивости коалиции, переложив издержки нового тренда на население. Тут и встает вопрос о «рационализации социальных расходов». А теоретическая дискуссия о том, надо или не надо повышать пенсионный возраст в постиндустриальном обществе, является в общем лишь дымовой завесой.

3871

Lphp

Lphp

Глеб Павловский:'Российская система — это деятельный сговор населения с властями о совместном выживании без правил. Каждый выживает как умеет, кто с яхтой, а кто — без пенсии. Здесь домохозяйства не крепости, что стоит атаковать: там нечего взять. Все недовольны, но никто не выходит из сделки. Выросли целые поколения, сложились сословия людей, обслуживающих этот поразительный автомат кризисов, с выгодным спасением от них. Возможно, наша Россия — маяк будущего в тонущем мировом порядке. Как люди, бестревожно перешедшие с нормального сыра на пальмовый краснодарский (качеством ниже советского), мы можем снова от всего отказаться и жрать одну дрянь. Наши требования к жизни за гранью любых норм и стандартов, они в области антропологии выживания. Джордж Сорос, предсказывая близкий кризис, пишет: «Все, что могло пойти не так, пошло не так» — вот история РФ в одной фразе. Я включил бы эти слова в государственный гимн и спел их с патриотическим восторгом. https://snob.ru/entry/162996

Дмитрий Орешкин:'«государство означало неограниченную собственность

Дмитрий Орешкин:'«государство означало неограниченную собственность на землю вместе с ее населением. Екатерина II, Карамзин, Пушкин, Чаадаев, Тютчев, близкие к нему славянофилы — все так или иначе описывали отечество в европейских терминах. Меж тем понятие «государство» исторически имеет существенно иной смысл. Оно пришло на Русь примерно во время Ивана III (деда Ивана Грозного) в виде «господарства» и означало неограниченную собственность на землю вместе с ее населением. Формула «Господин Великий Новгород» имела вполне конкретный смысл, близкий к Магдебургскому европейскому праву: город, который сам хозяин. Хотя входит в русскую землю. В 1570 году Государь Иоанн Васильевич этот смысл уничтожил, унизив Новгород до статуса своей личной собственности В книге «Кочевая альтернатива социальной эволюции» Д.М. Бондаренко, А.В. Коротаев, Н.Н. Крадин и другие авторы предлагают для обозначения подобного рода структур понятие «вождества». Кочевой уклад не предусматривает объединения территорий для развития земледелия, промышленности, городов и прочих очевидных для нас. Кто или что устанавливает понятие о «норме» — вот в чем вопрос. У вождества свои цели, ценности и представления о благе. Как пишут авторы, «нужда в объединении кочевников возникает только в случае войн за природные ресурсы, организации грабежей земледельцев или экспансии на их территорию при установлении контроля над торговыми путями… Образно говоря, они представляли собой нечто вроде «надстройки» над оседло-земледельческим «базисом». Отсюда «нормы» территориального менеджмента: его «экзополитариный», чуждый завоеванным землям характер; ориентация на силовую экспроприацию продукта, произведенного «базисом»; склонность к экстенсивному росту вместо интенсификации; милитаризм и ключевая роль объединяющего разношерстные племенные группы харизматического вождя. Как экзополитарная силовая «надстройка» вождество нуждается в продукции оседлых ремесленников и пахарей — оружие, металлургия, зерно, ткани. Но думать о производстве оно не умеет и не собирается: только изымать и присваивать. Захваченные поселения разоряются, пашни и ирригационные системы деградируют, население разбегается. «Надстройка» съедает «базис». Система не может существовать без экспансии; она не стационарна. Достигнув некоторого пространственного максимума, вождество обречено на распад: даже у самого великого вождя со временем перестает хватать ресурсов, чтобы держать завоеванное (и оскудевшее) пространство в страхе и подчинении. Начинается обратное оседание на землю и связанное с ним дробление территорий. Совмещение законодательной, исполнительной, судебной, духовной и военной власти в лице вождя. Отсутствие властных институтов, способных самостоятельно функционировать помимо воли первого лица. Особое мировоззрение и система «очевидностей». В том числе: Коллективная собственность на пространство: земля (урочище, выпас) может принадлежать только племени, «народу». Принцип солидарной ответственности (круговая порука). Дань берется с «круга»; «круг», если что, подвергается репрессиям. Аристократическое самоощущение владения землями, «над которыми никогда не заходит Солнце». Мобилизационный принцип управления: каждый член орды по определению воин. Гиперцентрализация. Военно-кочевая демократия, декларативное равенство и братство в тяготах боевых походов. Презрение к любому труду, кроме ратного. Кочующим рыцарям степей негоже вмешиваться в сакральную жизнь матери-земли. Это дело жалких «землероев»: сартов, или, по-русски, смердов. Институализированная бедность; источником средств существования служит походный паек или дележ добычи. И то и другое распределяется вождем и его людьми. Отсюда материальная зависимость и лояльность: блага даруются близостью к вождю. После царя Ивана, с трудом выкарабкавшись из Смутного времени, новая монархия зигзагами, медленно и неохотно, под давлением экономических интересов, возвращается к стандартам оседлого хозяйства. И, следовательно, к частному праву. Помещики, вопреки первоначальному смыслу слова, через века превратились в наследных хозяев. Вертикальный «боярин» (Г. Газиз в «Истории татар» склонен выводить этот термин из имени привилегированного монгольского рода Баарын, поставлявшего великим ханам гвардейцев, телохранителей и особо доверенных порученцев) эволюционировал в хлебосольного и частного русского барина. Сам термин «государство» тоже незаметно оброс европейскими коннотациями — как система институтов, призванная уравновешивать права и интересы разных социальных групп. Не мы подсказали Г.А. Зюганову замечательную фразу: «Земля, как мать, не продается». В хтонической картине монгольских кочевников земля — действительно сущность женская, материнская, влажная. И уж само собой, земля есть коллективное достояние всего кочевого народа, идеалы которого инстинктивно репродуцировали вожди, вздыбившие массы и оторвавшие их от почвы для разграбления чужой собственности. Мельница оседлых приоритетов мелет медленно — но все же быстрее, чем при вождеском застое. Не прошло и 25 лет, как бывшие кочевники из КПРФ выдвигают на «буржуазные» выборы капиталиста, миллиардера, масштабного частного собственника той самой «матери-земли». На долгом и противоречивом этапе обратного оседания на землю после ленинско-сталинского отката к вождеским идеалам фаза «восточной деспотии» практически неизбежна. Отчасти к ней перешел и сам Сталин, осознанно перенимавший опричные технологии Ивана Грозного при строительстве социализма в одной отдельно взятой стране. Былой «победный опыт» болезненно икается и сегодня, тормозя разделение властей, уничтожая право и запихивая частную собственность под седалище привилегированного (стоящего выше закона) сословия силовиков. Удивительно, с чего это либеральная общественность решила, что у нас должно сразу получиться как в Европе — при таком-то анамнезе! Сущность мобилизационного «внутреннего государства», которое начал строить Ленин в виде суперцентрализованной боевой партии, а продолжил Сталин — в виде еще более мобилизованной и централизованной под свою верховную руку ВЧК-НКВД-КГБ, никуда не делась. И не могла деться. По множеству причин, среди которых удержание в подчинении Центру не только людей, но и территорий: как только рушится опричнина, созданная для террористического контроля над улусами вождества и выдавливания из них ресурсов для дальнейшей экспансии, — так рушится и скрепленное ей пространство. Сегодня мы наблюдаем уничтожение последних институтов государства-state в виде независимой избирательной системы, суда, городского самоуправления, СМИ и т.п. И их целенаправленную замену скрепами неовождеской идеологии и милитаризованной надстройки («господарства» Ивана Грозного). Это значит, когда структура рухнет — а она раньше или позже рухнет по чисто материальным причинам очередного комплексного застоя, включая отставание в военных технологиях, — Россия будет вынуждена пройти через очередной цикл территориального сжатия. Нынешняя модель политического менеджмента ведет к этому медленно, но верно.

Владимир Пастухов:'Русская, на словах либеральная

Владимир Пастухов:'Русская, на словах либеральная и демократическая, оппозиция все больше становится похожа на тоталитарную секту, для которой все, кто не разделяет ее «символа веры», являются непримиримыми врагами и еретиками Она не видит градаций зла, не различает причину и следствие, не отличает ведомых от ведущих, но ожидает ото всех соответствия максимально высокому этическому стандарту, хранителем которого она сама себя произвольно назначила. Не будучи сама святой, она требует от окружающих безупречной святости. Это обрекает ее на одиночество и изоляцию, которые делают все ее планы на политическую победу иллюзорными. Впрочем, никакая победа ей на самом деле и не нужна — смысл ее существования сегодня состоит в экзистенциальном переживании своей либеральной избранности. Вопрос об отношении к тем, кто, не являясь частью режима, поддерживает его, чаще словом, но иногда и делом, стал камнем преткновения для русской «либеральной» мысли. Похоже, что рожденному на волне путинской контрреволюции «нашизму» часть русской интеллигенции, как внутри страны, так и особенно в эмиграции, решила противопоставить революционный «ненашизм» — весьма спорное интеллектуальное увлечение, состоящее в том, чтобы записывать во «враги демократии» всех, кто не встал открыто в оппозицию к режиму и тем более тех, кто продолжает с ним сотрудничать. Хотя мотивы такого поведения понятны, а поводы зачастую являются вескими, в конечном счете, нравственно-политический максимализм ведет русскую оппозицию в тупик. Нельзя ставить знак равенства между властью, режимом и русским культурным классом, который традиционно выстраивается вокруг власти и предпочитает не вступать с нею в пререкания, что бы эта власть ни вытворяла. В русских условиях избыточная «принципиальность» может очень дорого стоить и закончится полной самоизоляцией русского политического класса. В конце концов, что делать с Пушкиным, восславившим подавление польского восстания и отрицавшим право иностранцев критиковать свое Отечество? Российская оппозиция прорубает для России окно в Европу с поистине азиатской одержимостью, и в этом она, к сожалению, недалеко ушла от своего антагониста — русской власти. И та, и другая проповедают «тотальный диктат», реализуя на практике принцип: кто не с нами, тот против нас. В итоге обе оказываются постепенно в культурной изоляции в собственной стране, но власти такая ситуация выгодна, потому что, выражаясь модным сегодня футбольным языком, ее устраивает ничья. А вот русскому оппозиционному политическому классу, наоборот, нужна только победа, которая будет для него недостижимой целью, пока он не прекратит бессмысленную и бесперспективную войну с русским культурным классом и не сделает последнего своим союзником. По мере углубления кризиса русский культурный класс становится демонстративно аполитичным, гротескно лояльным власти, температура его политической активности резко снижается, он замирает, как ящерица в предчувствии катастрофы. Русский политический класс, напротив, раскаляется добела, превращаясь в искрящую политическую плазму, изрыгающую из себя громы и молнии во всех направлениях. Для того, чтобы стать реальной политической силой, русскому политическому классу нужно поступиться принципами, расширить свои границы и принять в свои ряды тех, кто застрял между небом и землей. А для этого ему надо перестать высчитывать, что хорошо или плохо для Путина, а сосредоточится на том, что хорошо или плохо для России.

Игорь Яркевич:'История мутанта.Оппозиция и марши

Игорь Яркевич:'История мутанта.Оппозиция и марши протеста – это только этап к нашему Крыму и вечному драйву России Проснувшись, он уже все понял. Что оппозиция, глупости и марши протеста дают только временный драйв, который быстро проходит. Что настоящий драйв, который будет всегда, могут дать только «Крым – наш!», диван XIX века, с которого никогда не встанет Россия, и вечное противостояние «Россия – Запад». Санкции Запада против России. Старая добрая советская песня «Катюша». Голосование как надо. Косноязычный дискурс русской бюрократии. Замкнутый круг русских проблем. Только это дает подлинный драйв, а на марши оппозиции, как в его сне, скоро никто не придет, и никакой оппозиции тоже не будет. Оппозиция растворится в замкнутом круге русских проблем и тоже будет скандировать «Крым – наш!». Оппозиция и марши протеста – это только этап к нашему Крыму и вечному драйву России. И тогда он мутировал окончательно, отошел навсегда от стула оппозиции и сел на стул России. В 2018 году он проголосовал как надо и уже больше никогда не отходил от стула России. Никому ничего не объяснить. Никто ничего не поймет. Запад и оппозиция никогда не поймут природу русской мутации. Они никогда не узнают магнетизм дивана XIX века, драйв слогана «Крым – наш!» и харизму замкнутого круга русских проблем. И мутант тоже объяснить их не может. Он может только мутировать в их сторону, пока не станет мутантом. Когда мутант встречает своих бывших друзей по оппозиции, то он их не боится. Он может спокойно смотреть им в глаза. Они не обзывают его крысой, бегущей с корабля, и конформистом. Они теперь тоже сидят на стуле России, скандируют «Крым – наш!» и голосуют как надо. Они теперь тоже мутанты.

А. Сотник: РЕЙТИНГ СТРАХА:«История никогда

не повторяется в точных подробностях, поэтому говорить о том, что чекисты «готовят России новый 1937-й» - неправильно. Они, конечно, готовят, но не 37-й, а страшный 2018-й с плавным переходом в ужасный 2019-й…»

29348701html

Волонтер штаба Алексея Навального в Сочи Дмитрий Титков:“Уехав в Швецию, я попал в будущее, которое у нас украли” Волонтер штаба Алексея Навального в Сочи Дмитрий Титков эмигрировал из России в Стокгольм. Сорокалетний активист попросил политического убежища в миграционной службе Швеции. В процессе избирательной кампании сотрудники полиции неоднократно арестовывали волонтера. Во время одного из последних задержаний полицейский угрожал, что в следующий раз Дмитрию подкинут наркотики и возбудят на него уголовное дело. Сейчас активист живет в небольшом городе недалеко от Стокгольма и учит шведский язык. Дмитрий рассказал Радио Свобода, что он попал в будущее, которое должно было бы быть у России, но коррумпированная власть его украла. – Тут много политических мигрантов, в основном, сторонников Мальцева и Навального. После выборов идет волна политических беженцев из России: бегут от уголовных дел и арестов. – Швеция вас не разочаровала? ​– У меня ощущение, что я попал в будущее, которое должно было бы быть, но у нас его украли. Я постоянно чувствую, что во мне, беженце, видят человека. Иногда у меня такое ощущение что я попал в фильм Тарковского “Солярис”, в ту сцену, где ученые собираются лететь в космос. Почему такая ассоциация? – Я посетил в Швеции русских ученых. Они работают в институте, который находится в лесу. Красивая природа и люди, которые свободно и спокойно делают любимое дело. – Чем вы собираетесь заниматься в Швеции? ​– Мне пишут в комментариях, мол, будешь в Швеции дворником работать. Мне не стыдно, потому что к уборщикам здесь относятся как к людям. Лучше в свободной Швеции мыть полы и туалеты, чем в качестве 'журналиста' обслуживать грабителей, которые будут презирать меня и считать своим рабом. – Вы не скучаете по России? ​– Эмиграция ​– это не трагедия. Родина это то, что внутри, а не территория. Мир настолько большой и интересный, что не надо зацикливаться на России. https://www.svoboda.org/a/29348701.html